Читая о. Флоренского

В этом смысле можно сказать, что Лавра и есть осуществление или явление русской идеи, — энтелехия, скажем с Аристотелем. Вот откуда это неизъяснимое притяжение к Лавре! И ниже: Лавра собою объединяет в жизненном единстве все стороны русской жизни. (о. Павел Флоренский. Троице-Сергиева Лавра и Россия (1919 г.) // Собрание сочинений. Т. 1. Paris: YMCA-PRESS, 1985).

То есть всерьез предлагается следующая мысль: Россия тянется к Лавре, потому что Лавра — это и есть суть России. Я не говорю уже об абсурдности сказанного о. П. Флоренским: Лавра воплощает не все стороны жизни, иначе это был бы не монастырь, а неизвестно что. Да и может ли что-либо объединять все стороны жизни?

Это не умозаключение, а умозлоключение.